Одной из мер, направленных на реализацию права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются, необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов, является наложение ареста на имущество. Вместе с тем, существующая практика свидетельствует о несовершенстве законодательной регламентации данного процессуального действия и, как следствие, отсутствии единого подхода к ее применению должностными лицами правоохранительных органов и судьями.

Автор: Сидоров А.С.

Одной из мер, направленных на реализацию «права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются, необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов»[1], является наложение ареста на имущество.

В Российской Федерации данная мера, представляющая собой запрет, адресованный собственнику или владельцу имущества, распоряжаться и в необходимых случаях пользоваться им, а также изъятие имущества и передача его на хранение, регламентирована нормами различных законов [2] и весьма широко используется как в гражданском, так и уголовном процессе.

Если говорить о наложении ареста на имущество в ходе производства по уголовным делам, следует отметить, что данная мера уголовно-правового характера является одним из проявлений предупредительной и правозащитной направленности уголовной политики Российской Федерации [3], одной из мер процессуального принуждения, призванной обеспечить нормальный ход уголовного судопроизводства при неукоснительном соблюдении баланса законных интересов сторон [4].

Наложение ареста на имущество есть не что иное, как «превентивно-обеспечительная мера процессуального принуждения, содержание которой состоит в действиях по предупреждению сокрытия или отчуждения имущества с целью обеспечить исполнение приговора в части имущественных взысканий» [5].

Порядок осуществления данной меры предусмотрен нормами статей 115-116 Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее - УПК РФ), согласно которой решение о ее применении принимается исключительно судом по ходатайству следователя с согласия руководителя следственного органа или дознавателя с согласия прокурора.

При этом круг лиц, на имущество которых может быть наложен арест, достаточно широк. К таковым закон относит не только подозреваемых, обвиняемых и лиц, которые по закону несут материальную ответственность за действия подозреваемого и обвиняемого. В соответствии с ч. Зет. 115 УПК РФ наложение ареста на имущества применимо также и к имуществу, находящемуся у иных лиц в случаях, когда у следователя или дознавателя имеются достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления либо для финансирования терроризма, экстремистской деятельности (экстремизма), организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации).

Вместе с тем, существующая практика свидетельствует о несовершенстве законодательной регламентации данного процессуального действия и, как следствие, отсутствии единого подхода к ее применению должностными лицами правоохранительных органов и судьями. В связи с этим вопросы порядка наложения ареста на имущества в разное время были предметом внимания не только Верховного суда РФ [6] и Конституционного суда РФ [7], но и Европейского суда по правам человека [8].

О теоретической и практической значимости вопросов, касающихся наложения ареста на имущество, также свидетельствует активное обсуждение данной темы научных кругах, многочисленные монографии [9], диссертации [10] и научные публикации [11].

Поскольку объем данной статьи не позволяет принять участие в дискуссии по всему многообразию проблем, связанных с возмещением ущерба, причиненного в результате преступной деятельности, в данной статье мы обратим внимание лишь на некоторые из них и предложим вероятные пути их устранения на законодательном уровне.

Закон не ограничивает следователя в применении криминалистических средств и методов, включая проведение следственных действий, для принятия обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество.

Вместе с тем, совершенно очевидно, что исключительно следственным путем установить наличие имущества, подлежащего возможной конфискации, не всегда представляется возможным, что влечет необходимость своевременного задействования возможностей, органов, уполномоченных на проведение оперативно-розыскных мероприятий.

Подчеркнем, что в данном случае речь идет не о мерах, непосредственно связанных с наложением ареста, что является непосредственной задачей следователя или дознавателя, а лишь о своевременном получении информации об имуществе, на которое в случае необходимости может быть наложен такой арест и представление полученных результатов должностным лицам органов, осуществляющих предварительное расследование.

Федеральным законом от 25.12.2008 года № 280-ФЗ [12] перед органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность в Российской Федерации (далее - ОРД), была поставлена задача установления имущества, подлежащего конфискации (ч. 2 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее - Закон об ОРД) [13]. Одновременно этим же законом в ст. 11 Закона об ОРД было внесено дополнение о том, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут быть использованы для розыска имущества, подлежащего конфискации. Кстати, аналогичное предложение было сделано авторами проекта «Оперативно-разыскного кодекса РФ», которые предлагали в статье 7 одним из основных направлений оперативно-розыскной деятельности считать лишь «установление имущества, подлежащего конфискации» (п. 5 ч. 1) [14].

Таким образом, законодатель наделил должностных лиц органов, осуществляющих ОРД, правом осуществления всего арсенала оперативно-розыскных методов, перечисленных в ст. 6 Закона об ОРД, чтобы дать им возможность своевременно решать поставленную перед ними новую задачу.

Вместе с тем, по нашему мнению, отмеченные выше дополнения не достаточны для реализации конституционного прав граждан на компенсацию ущерба, причиненного преступлением (ст. 52 Конституции Российской Федерации).

Как представляется, соответствующего внимания со стороны законодателя и безотлагательного исправления требуют следующие «недоработки» в законодательном регулировании вопросов, касающихся организации работы по обеспечению мер, связанных с наложением ареста на имущество.

1. В настоящее время возможность и необходимость решения такой задачи оперативно-розыскной деятельности, как «выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших» позволяет применять методы, указанные в ст. 6 Закона ОБ ОРД, для противодействия такому виду преступлений, как незаконные действия (растрата, отчуждение, сокрытие или незаконная передача имущества, подвергнутого описи или аресту), уголовная ответственность за которые предусмотрена ст. 312 УК РФ. Однако этого нельзя сказать об обязанности оперативных подразделений принимать эффективные меры для выявления и пресечения случаев по сокрытию имущества, которое еще не подвергнуто описи или на которое не наложен арест, поскольку такой задачи (за исключением установления имущества, подлежащего конфискации) перед органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, не стоит.

Мы полагаем, что направленность органов, осуществляющих ОРД, на решение задачи, связанной исключительно на установление имущества, подлежащего конфискации, должна быть расширена с учетом «обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий», как об этом сказано в ст. 115 УПК РФ.

2. Следуя логике содержания ст. 7 Закона об ОРД, в настоящее время оперативные сотрудники не вправе предпринимать оперативно-розыскные меры для установления имущества, подлежащего конфискации, поиск которого входит в круг задач ОРД, при отсутствии оснований, предусмотренных частями 1, 3 и 4 данной статьи, а при наличии таких оснований — для поиска иного имущества, на которое согласно ст. 115 УПК РФ может быть наложен арест.

В связи с этим было бы правильным в часть 2 статьи 7 Закона об ОРД включить такое основание для проведения оперативно-розыскных мероприятий, как «ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о наличии у лиц, указанных в части 1 и 3 статьи 115 УПК РФ, имущества для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества».

3. Своего решения требует проблема, на которую обратила внимание в своей диссертации К.В. Ашкатова.

В настоящее время в случае приостановления предварительного расследования (ст. 209 УПК РФ) закон не требует от следователя наряду с розыском лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого или обвиняемого принимать меры к розыску похищенного имущества, имущества, подлежащего конфискации, а также имущества, на которое может быть обращено взыскание в счет обеспечения возмещения вреда, причиненного преступлением. Это может повлечь негативные последствия, связанные с тем, что разыскиваемые лица могут принять меры по сокрытию такого имущества до того, как предварительное расследование будет возобновлено.

Поэтому, мнение К.В. Ашкатовой о том, что законодателю необходимо принять ряд поправок и дополнений в УПК РФ, направленных на устранение данного пробела, безусловно, заслуживает внимания.

Вместе с тем если в ближайшее время до реализации данных предложений дело не дойдет (равно как и в случае, если рано или поздно законодатель обратит на эту проблему внимание), в случае расширения задач оперативно-розыскной деятельности, оперативные сотрудники, могут продолжать осуществлять розыск имущества, о котором идет речь, по своей инициативе независимо от предписаний уголовно-процессуального закона.

4. Практика свидетельствует, что в некоторых случаях вопрос о необходимости конфискации имущества или других обеспечительных мер, перечисленных в ст. 115 УПК РФ, возникает на стадии исполнения обвинительного приговора по уголовному делу.

В данном случае полномочия по принятию обеспечительных мер переходят к судебным приставам-исполнителям, которые по закону не наделены правом осуществления оперативно-розыскных мероприятий, что значительно затрудняет поиск имущества, по отношению к которому должны применяться такие меры.

По нашему мнению, для выхода из создавшейся ситуации возможны два варианта.

1) Первый возможный вариант заключается в создании в структуре Федеральной службы судебных приставов специальное оперативно-розыскное подразделение, включив ФССП в перечень органов, осуществляющих ОРД, установленный ст. 13 Закона об ОРД.

Кстати, разговоры об этом в заинтересованных кругах идут давно, хотя и безрезультатно.

Как отмечают Н.Н. Ковтун и Л.В. Мищенко, еще в 1998 году в г. Москве состоялся первый Всероссийский семинар-совещание руководящих работников службы судебных приставов с участием представителей центрального аппарата Минюста РФ, МВД РФ, Судебного департамента при Верховном Суде РФ, Высшего арбитражного суда РФ, научных и научно-исследовательских вузов страны, ряда иных заинтересованных ведомств, на котором впервые была предпринята попытка обсудить вопрос о формах и направлениях оперативно-розыскного обеспечения деятельности службы судебных приставов [15].

В 2006 году в Министерстве юстиции РФ «застрял» законопроект «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности», Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях” (от 11.01.2006 № 12/04-16-НВ), подготовленный Федеральной службой судебных приставов [16].

В научных кругах у этой идеи также есть как противники, так и сторонники.

Ученые, которые видят в предложении наделить судебных приставов-исполнителей полномочиями по осуществлению оперативно-розыскной деятельности рациональное зерно [17], сходятся во мнении, что в случае положительного решения законодателем данного вопроса эффективность розыска имущества для целей возмещения вреда, в том числе, причиненного преступлением, значительно возрастет.

С этой целью вносятся различные предложения, призванные реформировать организацию деятельности службы судебных приставов.

Так, например, В.В. Борискин констатируя, что «бурное развитие законотворчества последних лет в сфере регламентации оперативно-розыскной работы во многом происходит спонтанно, не учитываются уроки истории и надлежащие выводы об ошибках», предлагает, наряду с внесением соответствующих поправок в ст. 13 Закона об ОРД («Органы, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность»), создать в составе Федеральной службы судебных приставов «Особый отдел судебных приставов», который наделить оперативно-розыскными полномочиями [18].

Н.Н. Ковтун и Л.В. Мищенко, в целом поддерживая идею наделения судебных приставов правом на проведение оперативно-розыскных мероприятий, уточняют, что при этом средства и методы оперативной работы не могут использоваться для осуществления полномочий судебных приставов-исполнителей по реализации:

• гражданских решений (например, в части, касающейся проверки у работодателей исполнения исполнительных документов на работающих у них должников и ведения финансовой документации по исполнению указанных документов; ареста, изъятия, передачи на хранение и реализации арестованного имущества, отыскания и наложения ареста на денежные средства и иные ценности должника, находящиеся на счетах, во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях в размере, указанном в исполнительном документе; розыска должника или его имущества по гражданским делам (ст. 12 Закона);
• тех частей обвинительного приговора, которые не связаны непосредственно с фактом совершения преступления или его последствиями (например, в части, касающейся гражданского иска) [19].

Некоторые из ученых, которые не согласны с этой идеей, полагают, что, исходя из специфики оперативной работы, форм и методов ее реализации, полагаем достаточно очевидным вывод о том, что в служба судебных приставов-исполнителей не может быть названа среди субъектов оперативно-розыскной деятельности, поскольку анализ ее кадрового состава, полномочий и функций, определенных Законом «О судебных приставах», полностью исключает подобное предположение [20].

Думается, что в случае положительного разрешения данного вопроса на такие специализированные подразделения ФССП можно было бы «переложить» работу по реализации обеспечительных мер в уголовном процессе, в том числе и на досудебных стадиях, значительно разгрузив оперативные службы других органов для решения более свойственных им задач.

2) Если законодатели не пожелают доверить «вмешательство» службы судебных приставов в такую «деликатную» сферу, какой является оперативно-розыскная деятельность, то необходимо расширить полномочия иных органов, осуществляющих ОРД в настоящее время, дополнив ст. 7 Закона об ОРД еще одним основанием для проведения оперативно-розыскных мероприятий - «наличие вступившего в законную силу решения суда в части гражданского иска».

5. Как отмечалось выше, в настоящее время в Российской Федерации порядок наложения ареста на имущество регулируется разными законами и возлагается на органы, которые действуют в рамках представленных им полномочий независимо друг от друга. Так, если в соответствии со ст. 115 УПК РФ реализацию данной меры осуществляют следователь или дознаватель с согласия своих непосредственных руководителей и с разрешения суда, то судебные приставы- исполнители действуют, руководствуясь предписаниями исполнительных документов, выданных судом, в рамках Гражданского процессуального кодека РФ, Арбитражного процессуального кодекса РФ, Федерального закона «Об исполнительном производстве», а должностные лица налоговых и таможенных органов действуют с санкции прокурора, осуществляя свои полномочия в рамках Налогового кодекса РФ и Федерального закона «О таможенном регулировании в Российской Федерации».

Как представляется, отсутствие единообразия в законодательном регулировании порядка наложения ареста на имущество и контроля над реализацией данной меры может повлечь последствия, напоминающие сюжет известной басни И. А. Крылова «Лебедь, рак и щука», когда на арест одного и того же имущества одновременно будут претендовать несколько государственных структур.

Чтобы такого не происходило, было бы уместно использовать зарубежный опыт. Так, например, в Нидерландах Министерством юстиции предложено создание Центрального реестра арестов. В результате заинтересованные лица могут в любое время установить, находится ли определенное имущество под арестом. Как полагают специалисты, «таким образом, можно избежать накопления арестов одного и того же имущества одновременно. К тому же это позволит сократить излишние расходы по исполнению» [21].

В случае создания подобного реестра в Российской Федерации, следователь или дознаватель, обращаясь с ходатайством в суд за разрешением о наложении ареста на имущество, должен будет представить соответствующую информацию об отсутствии ареста на имущество, о котором идет речь в ходатайстве. Об имеющемся аресте в данном случае будут знать также и судебные приставы-исполнители, а также служащие налоговой и таможенной службы.

Таким образом, мы обратили внимание на некоторые проблемы, препятствующие эффективной реализации мер, направленных на возмещение вреда, причиненного преступлением, в частности, такой меры процессуального принуждения, как наложение ареста на имущество. Считаем, что для решения данных проблем необходимо:

1. до конца урегулировать вопрос о дополнительной регламентации задач, прав и обязанностей органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, направленных на предоставление возможности осуществлять оперативно-розыскные мероприятия, направленные на розыск имущества, подлежащему аресту по уголовному делу и исполнения обвинительного приговора в части гражданского иска;
2. включить Федеральную службу судебных приставов в перечень органов, уполномоченных осуществлять оперативно-розыскную деятельность на территории Российской Федерации, создав в ее составе специальные подразделения, наделенные правом осуществления оперативно-розыскных мероприятий;
3. одним из направлений деятельности созданных в составе Федеральной службы судебных приставов оперативных подразделений определить исполнение поручений следователей и дознавателей иных органов исполнительной власти о добывании информации об имуществе, на которое может быть наложен арест по уголовным делам;
4. на базе информационных систем Федеральной службы исполнения наказаний создать Федеральный реестр учета арестов по уголовным и гражданским делам, а также налоговым и таможенным производствам.

Литература

1. Протокол № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Париж, 20 марта 1952 г. ), статья 1 «Защита собственности» // Европейская конвенция о защите прав человека: право и практика [сайт] URL: www.echr.ru/documents/doc/2440801/2440801.htm
2. См.: Ст. 115 Уголовно-процессуального кодекса РФ; ст. 140 Гражданского процессуального кодекса РФ; ст. 91 Арбитражного процессуального кодекса РФ; ст. 77 Налогового кодекса РФ; ст. 156 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации»; ст. 80 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»
3. Косевич Н.Р. Иные меры уголовно-правового характера как проявление предупредительной и правозащитной направленности уголовной политики Российской Федерации в судебных решениях // Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2013.
4. См.: Гуров А. Следственные хитрости, или «снятие корпоративной вуали» // Zakon.ru - первая социальная сеть для юристов [сайт] URL: https://zakon.ru/blog/2015/04/ 22/sledstvennye_xitrosti_ili_snyatie_korporativnoj_vuali
5. Смирнов А.В. Уголовный процесс: учебник/ А. В. Смирнов, К. Б. Калиновский', под общ. ред. проф. А.В. Смирнова. 4-е изд., перераб. и доп. М.: КНОРУС, 2008. 704 с.
6. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» // Российская газета. 30 ноября 2015 г., № 270.
7. См., например: Постановление Конституционного Суда РФ от 31. 01. 2011 № 1-П «По делу о проверке конституционности положений частей первой, третьей и девятой статьи 115, пункта 2 части первой статьи 208 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца девятого пункта 1 статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобами закрытого акционерного общества «Не- движимость-М», общества с ограниченной ответственностью «Соломатинское хлебоприемное предприятие» и гражданки Л. И. Костаревой» // Собрание законодательства РФ. 07. 02. 2011, № 6. Ст. 897; Определение Конституционного Суда РФ от 29. 11. 2012 № 2227-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Белый скит» на нарушение конституционных прав и свобод частью девятой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // Вестник Конституционного Суда РФ, № 3, 2013; Постановление Конституционного Суда РФ от 10. 12. 2014 № 31-П «По делу о проверке конституционности частей шестой и седьмой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой закрытого акционерного общества «Глория» // Собрание законодательства РФ, 22. 12. 2014, № 51, Ст. 7528; Постановление Конституционного Суда РФ от 21. 10. 2014 № 25-П «По делу о проверке конституционности положений частей третьей и девятой статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами общества с ограниченной ответственностью «Аврора малоэтажное строительство» и граждан В.А. Шевченко и М.П. Эйдлена» // Собрание законодательства РФ, 03. 11. 2014, № 44. Ст. 6128.
8. См., например: Агальцова М. Наложение ареста на имущество в решениях Европейского суда по правам человека // Zakon.ru - первая социальная сеть для юристов. URL: https://zakon. ru/blog/2015/05/ll/alozhenie_ aresta па imush-hestvo v resheniyax evropejskogo suda_po_ pravam cheloveka)
9. См., например: Багаутдинов Ф.Н. Обеспечение имущественных прав личности при расследовании преступлений. М.: Юрлитинформ, 2002; Иванов А.Н. Тактика наложения ареста на имущество. Монография / А.Н. Иванов, Е.С. Лапин. М.: Юрлитинформ, 2009; Ионов В. А. Наложение ареста на имущество при производстве предварительного расследования по уголовным делам об экономических преступлениях. М.: Юрлитинформ, 2012 и др.
10. См., например: Ханжин В.И. Уголовно-процессуальный порядок и организационно-тактические основы наложения ареста на имущество: автореф. дис... канд. юрид. наук: 12.00.09 / Российская таможенная академия. М., 2006. 26 с. ; Искандиров В.Б. Наложение ареста на имущество в уголовном процессе: автореф. дис... канд. юрид. наук: 12. 00. 09. Челябинск: Южно-Уральский государственный университет, 2012. 22 с.; Ашкатова К.В. Уголовно-процессуальные возможности восстановления нарушенного имущественного права потерпевшего: дисс... канд. юрид. наук: 12. 00. 09. Волгоград: Волгоградская академия МВД России, 2014. 255 с. и др.
11. См., например: Арабули Д. Т. Защита прав и законных интересов потерпевших от преступления: новые законодательные инициативы // Российская юстиция. 2012, № 7. С. 55—57; Аширбекова М.Т. Уголовно-правовые средства обеспечения интересов потерпевшего в ходе производства по уголовному делу// Северо-Кавказский юридический вестник. 2013, № 2. С. 72, Быков В.М. Новый Закон о правах потерпевшего в уголовном судопроизводстве // Законность, 2014. № 4. С. 36—40; Григорьева Л.А. Зачем судебным приставам полномочия по оперативно-разыскной деятельности // Адвокат, 2005, № 6; Дикарев И.С. Проблемы наложения ареста на имущество в уголовном процессе // Уголовное право, 2009. № 4. С. 81—85; Кривощеков И. В., Булдакова В. К. Наложение ареста на имущество как основная мера обеспечения возмещения вреда, причиненного преступлением // Юридическая наука и правоохранительная практика, 2014. № 1 (27); Смирнова Е.В. Проблемы возмещения вреда, причиненного преступлением, при отправлении уголовного правосудия и способ их решения // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России, 2015. № 4 (32); Шадже М. Г. Проблемы, связанные с розыском имущества должника организации, наложением ареста на имущество и его оценкой // Вестник Адыгейского государственного университета, 2007, № 1; Чувашова Н.С. Проблемы, связанные с наложением ареста на имущество в уголовном судопроизводстве // Вестник Челябинского государственного университета, 2004, № 1; Федорова Н.Г. Криминалистические аспекты наложения ареста на имущество / // Вестник Поволжского института управления. 2007, № 13 и др.
12. Федеральный закон от 25. 12. 2008 № 280-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции от 31 октября 2003 года и Конвенции об уголовной ответственности за коррупцию от 27 января 1999 года и принятием Федерального закона «О противодействии коррупции» (ред. от 06.12.2011) // Собрание законодательства РФ. 29.12.2008, № 2 (ч.1). Ст.6235.
13. Федеральный закон от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-разыскной деятельности» (ред. от 06.07.2016) // Собрание законодательства РФ. 14.08.1995, № 33. Ст.3349.
14. Законопроект № 831609-6 «Оперативно-разыскной кодекс Российской Федерации» // Государственная Дума РФ. Автоматизированная система обеспечения законодательной деятельности. URL: http: //asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28Spravka%29?Open Agent&RN =831609—6 (дата обращения 10.05.2018).
15. См.: Ковтун Н.Н. О необходимости оперативно-розыскного обеспечения деятельности службы судебных приставов // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. 2012, № 1. С. 147.
16. См.: Отчет о выполнении Плана работы и Основных показателей деятельности Федеральной службы судебных приставов на 2005 год, утвержденных Приказом Минюста России от 2 сентября 2005 г. № 160. Утвержден 9 апреля 2006 г. № 118 (вред. Приказа Минюста РФ от 22. 06. 2006 № 219. URL: http://www.alppp.ru/law/pravosudie/19/prikaz-minyusta-rf-ot-19—04—2006— 118. pdf (дата обращения 10. 05. 2018).
17. См., например: Борискин В.В. Проблемы оперативно-розыскного обеспечения исполнительного производства службой судебных приставов: автореф. дис.... канд. юрид. наук: 12. 00. 09. Кемеровский государственный университет. М., 2008. 26 с. ; Григорьева Л. Г. Зачем судебным приставам полномочия по оперативно-разыскной деятельности // Адвокат, 2005, № 6; Губанов М. Н. Право судебных приставов на оперативно-разыскную деятельность // Юридическая наука. 2011. № 4 и др.
18. См.: Борискин В.В. Проблемы оперативно-разыскного обеспечения исполнительного производства службой судебных приставов: автореф. дис.... канд. юрид. наук: 12. 00. 09 / Кемеровский государственный университет. М„ 2008. 26 с.
19. См.: Ковтун Н. Н. О необходимости оперативно-разыскного обеспечения деятельности службы судебных приставов // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. 2012. № 1. С. 148.
20. Шаров В.И. Оперативно-разыскное обеспечение службы судебных приставов: формы и методы деятельности // Проблемы исполнения судебных решений: сборник статей / Ред. колл.: С.П. Гришин (отв. ред. В.Е. Гущев, В.М. Мешков. - Н. Новгород: Нижегородская правовая академия, 2000. Вып. 1.
21. Информационные технологии. Базы данных. Нидерланды // Федеральная служба судебных приставов России. URL: http://fssprus.ru/mter_razdel21/ (дата обращения 10.05.2018).

Опубликовано: Расследование преступлений: проблемы и пути их решения, 2019, №2, С.110-116.